По ночам метро становится зоной, свободной от инородцев

gastarbeiter.jpgСтоя у троллейбуса, группа молодых киргизов отчаянно жестикулирует, пытаясь дать понять своему земляку, что тому нужно выходить. Он не слышит. Сидит в троллейбусе, уставившись на свой мобильник. Женщина-водитель требует: "Плати за проезд или выходи!" Молодой черноволосый парень продолжает сидеть, глядя отсутствующим взглядом в одну точку.

Водитель не собирается ехать и снова кричит: "Давай, плати за проезд!" Киргиз все еще не реагирует. Он плохо понимает по-русски, скажет он позже. Наконец троллейбус трогается. И тут коренастый мужчина в камуфляжной куртке ударом кулака бьет парня в лицо. На пол капает кровь. Пассажиры испуганно молчат. Раненый падает грудью на переднее сиденье. Молодая блондинка с кавказскими чертами лица подает ему бумажный носовой платок и возмущенно шипит: "Ох уж, эти русские". Молодой русский парень тоже подает носовой платок. Драчун, мужчина лет 45, выходит из троллейбуса.

На следующей остановке выхожу и я, вместе с киргизом. Молодой человек - его зовут Эрмек - выглядит из рук вон плохо. Его лицо и руки запачканы кровью. Тем не менее, никто не позвонил ни в милицию, ни в скорую помощь. Эрмеку 25 лет, он приехал из Бишкека, столицы Киргизии, и уже полгода работает в Москве на фирме, отрядившей его уборщиком в метро за 410 евро в месяц. "Что вообще случилось?" - спрашивает Эрмек на ломаном русском языке. Мужчина напал на него сзади, объясняю я. "Я собирался заплатить", - говорит Эрмек и разжимает кулак. На ладони я вижу две смятых десятирублевки и монету в пять рублей - в сумме это как раз стоимость одной поездки.

Никакого сочувствия к иностранным рабочим

Киргизу надо бы в больницу. Около нас останавливается машина, но как только водитель замечает киргиза, запачканного кровью, он сразу же уезжает. Затем тормозят "жигули". Водитель, молодой русский парень, стриженный под машинку, с честным лицом, посадив нас в машину, жмет на газ и делает вид, будто ничего необычного для него в этой поездке нет. Внезапно он останавливается и выходит. Достает из багажника тряпку и протягивает Эрмеку, который сразу прижимает ее к носу, откуда все еще идет кровь. Когда мы подъезжаем к Боткинской больнице, Эрмек вежливо спрашивает: "Тряпку отдать?" Русский только мотнул головой.

Эрмеку кажется, что поездка в больницу бессмысленна. "Черных они не обслуживают". "Черными" в Москве называют всех кавказских и азиатских гастарбайтеров. Многие видят в них незваных гостей, которые якобы отнимают у москвичей рабочие места, неаккуратны и чуть ли не все поголовно - отъявленные преступники. Но работой, которую делают "черные", а это строительство домов или уборка улиц, никакой москвич заниматься не хочет.

Недоверие в уголках глаз

Сестра в приемном покое отправляет Эрмека в отоларингологическое отделение. Народу этой ночью немного. В холле дюжина медсестер сидят и переговариваются. Взгляд у всех усталый и безучастный, в нем читается неприкрытое недовольство.

Молодая врачиха открывает дверь кабинета. От одного ее взгляда в жилах стынет кровь. "Заходите", - говорит она голосом, в котором слышится металл. Эрмек напуган. Он молчит. "Обратно в приемное, - возмущенно требует врачиха, - пусть заполнят историю болезни". У киргиза из носа все еще идет кровь, но дама в приемном отделении совершенно спокойно продолжает расспрашивать его о подробностях нападения. Особенно ее интересуют детали - номер троллейбусного маршрута, время и название улицы. "Где работаете?" - "В метро", - отвечает Эрмек. Что-то ей в этом ответе не нравится. Она переспрашивает несколько раз и в конце концов неохотно записывает в историю болезни: "Метро". Вероятно, она считает киргиза обманщиком, у которого нет страховки. В чем-то она права: работодатель не застраховал киргиза.

Нелюбимые евразийцы

Назад к врачихе. Та холодна и недружелюбна, как и раньше. "Садитесь", - приказывает она. Она и молодой человек с черными волосами примерно одного возраста. До 16 лет оба они жили в одном государстве и имели одинаковые паспорта. Сегодня их связывает только одно - стремление как-нибудь прожить на небольшую зарплату.

В советское время азиатские республики не могли прокормить сами себя, постоянно можно услышать в Москве. А теперь неблагодарные твари хозяйничают в столице. Тем не менее, ни одна строительная компания не хочет отказываться от дешевых рабочих рук и ни один милиционер - от взятки за поддельную регистрацию. Для бедноты из Евразии Москва стал

Добавить комментарий

Декабрь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Дек    
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031